Пробный вариант ОГЭ по русскому 2025 от 05 Февраля

(1)Даже на фоне всей богатейшей мировой классики русская литература ХIХ века – явление исключительное. (2)Можно было бы сказать, что она подобна Млечному Пути, ясно выделяющемуся на усыпанном звёздами небе, если бы некоторые из писателей, составивших её славу, не походили в читательском восприятии скорее на ослепительные светила или на самостоятельные «вселенные». (3)Одно только упоминание Льва Толстого или Фёдора Достоевского сразу же вызывает представление об огромных художественных мирах, множестве идей и образов, которые по-своему преломляются в сознании всё новых и новых поколений читателей. (4)Впечатление, которое производит этот золотой век русской литературы на читателя, прекрасно выразил Томас Манн, говоря о её «необыкновенном внутреннем единстве и целостности», «тесной сплочённости её рядов, непрерывности её традиций». (5)Каждая из великих книг – это не только часть души и зачастую целые годы жизни самого автора, но и страницы народной истории.

(1)Самым первым инструментом счёта у древнего пещерного человека в верхнем палеолите, безусловно, были пальцы рук. (2)Природа предоставила человеку этот универсальный счётный инструмент. (3)У многих народов пальцы (или их суставы) при любых торговых операциях выполняли роль первого счётного устройства, для большинства бытовых потребностей людей их помощи вполне хватало. (4)Счёт дюжинами ведёт своё начало от счёта по фалангам пальцев рук, при этом большой палец играл роль счётчика, при помощи которого пересчитывались фаланги других пальцев. (5)Двенадцать получается, если, например, начать с нижней фаланги указательного пальца и закончить верхней фалангой мизинца.

(1)Летом море было для нас ежедневным праздником. (2)Бывало, только выйдем с ребятами со двора, а уж какое-то радостное волнение окрыляет шаги – быстрей, быстрей! (3)Через весь город бежали на свидание с морем. (4)Огромное и неожиданное, оно врывалось в глаза и обдавало стойкой солёной свежестью. (5)Обычно не хватало терпения дойти до него, и мы сбегали по крутой тропинке на берег и, не успев притормозить, летели в тёплую, ласковую воду.

(6)Я люблю это место. (7)Здесь я когда-то научился плавать, и здесь же я чуть не утонул. (8)Обычно любишь места, где пережил большу́ю опасность, если она не результат чьей-то подлости.

(9)Я хорошо запомнил день, когда научился плавать, когда я почувствовал всем телом, что могу держаться на воде и что море держит меня. (10)Мне, наверное, было лет семь, когда я сделал это великолепное открытие. (11)Это было совсем новое ощущение, как будто мы с морем поняли друг друга.

(12)Недалеко от берега из воды торчал зеленоватый обломок крепостной стены, через него перекатывались лёгкие волны. (13)Я доплывал до него, ложился плашмя и отдыхал. (14)Это было похоже на путешествие на необитаемый остров.

(15)Вокруг, в воде и на берегу, было много народу. (16)На вершине каменной глыбы, громоздившейся на берегу, сидела девушка. (17)Она читала книгу, вернее, делала вид, что читает. (18)Рядом с ней на корточках сидел парень в белоснежной рубашке и в новеньких туфлях, блестящих и чёрных, как дельфинья спина. (19)Он ей что-то говорил. (20)Девушка, иногда откидывая голову, смеялась и щурилась не то от солнца, не то оттого, что парень слишком близко и слишком прямо смотрел на неё. (21)Отсмеявшись, она решительно опускала голову, чтобы читать, но парень опять что-то говорил, и она опять смеялась, и зубы её блестели, как пена вокруг скалы и как рубашка парня. (22)Он ей всё время приятно мешал читать. (23)Я следил за ними со своего островка. (24)Парень иногда поворачивал голову и мельком глядел в сторону моря, как бы призывая его в свидетели.

(25)От долгого купания я продрог, но, не успев как следует отогреться на берегу, снова лез в воду. (26)Я боялся, что чудо не повторится и я не смогу удержаться на воде.

(27)До скалы и обратно – раз. (28)До скалы и обратно – два, до скалы и обратно... (29)И вдруг я понял, что тону. (30)Хотел вдохнуть, но захлебнулся. (31)Вода была горькая, как английская соль, холодная и враждебная. (32)Я рванулся изо всех сил и вынырнул. (33)Солнце ударило по лицу, я услышал всплеск воды, смех, голоса и увидел парня и девушку.

(34)Не знаю почему, выныривая, я не кричал. (35)Возможно, не успевал, возможно, язык отнимался от страха. (36)Но мысль работала ясно. (37)Я с отчаянной жаждой ждал, что парень повернётся в сторону моря.

(38)Второй раз я вынырнул немного ближе к обломку скалы, на котором они сидели. (39)В последний раз погружаясь в воду, я вдруг заметил, что лицо парня повернулось в мою сторону. (40)Он увидел меня, и тонуть стало как-то спокойней, и я уже не сопротивлялся воде, которая сомкнулась надо мной.

(41)Что-то схватило меня и швырнуло на берег. (42)Как только я упал на прибрежную гальку, я очнулся и понял, что парень меня всё-таки спас. (43)От радости и от тепла, постепенно разливавшегося по телу, хотелось тихо и благодарно скулить.

(44)Когда я открыл глаза, то увидел лицо девушки, склонённое надо мной. (45)Она стояла на коленях и, хлопая жёсткими, выгоревшими ресницами, глядела на меня жалостливо и нежно.

– (46)Будешь теперь заплывать? – спросил у меня парень, с силой выкручивая снятую рубашку.

– (47)Не буду, – охотно ответил я. – (48)Мне хотелось ему угодить.

– (49)Напрасно, – сказал парень и ещё туже закрутил рубашку.

(50)Я решил, что это необычный взрослый и действовать надо необычно.

(51)Я встал и, шатаясь, пошёл к морю, легко доплыл до своего островка и легко поплыл обратно. (52)Море возвращало силу, отнятую страхом. (53)Парень стоял на берегу и улыбался мне, и я плыл на улыбку, как на спасательный круг. (54)Девушка тоже улыбалась, поглядывая на него, и видно было, что она гордится им. (55)Так он и ушёл навсегда со своей девушкой, ушёл, мимоходом вернув мне жизнь.

(1)Когда нас оделили мороженым и фруктами, делать на ковре было нечего, и мы, несмотря на косые, палящие лучи солнца, встали и отправились играть.

– (2)Ну, вот что! – сказала Любочка, щурясь от солнца и припрыгивая по траве. – (3)Давайте в Робинзона.

– (4)Нет... скучно, – сказал Володя, лениво повалившись на траву и пережёвывая листочек, – вечно в Робинзона! (5)Ежели непременно хотите, так давайте лучше беседочку строить.

(6)Володя заметно важничал: должно быть, он гордился тем, что приехал на охотничьей лошади, и притворялся, что очень устал. (7)Может быть, и то, что у него уже было много здравого смысла и слишком мало силы воображения, чтобы вполне наслаждаться игрою в Робинзона. (8)Игра эта состояла в представлении сцен из Робинзона, которого мы читали незадолго перед этим.

– (9)Ну, пожалуйста... отчего ты не хочешь играть с нами? – приставали к нему девочки.

– (10)Право, игра не стоит свеч! – сказал Володя, потягиваясь и вместе с тем самодовольно улыбаясь.

– (11)Так лучше бы дома сидеть, коли никто не хочет играть, – сквозь слёзы выговорила Любочка.

(12)Она была страшная плакса.

– (13)Ну, пойдёмте; только не плачь, пожалуйста: терпеть не могу!

(14)Снисхождение Володи доставило нам очень мало удовольствия; напротив, его ленивый и кислый вид разрушал всё очарование игры. (15)Когда мы сели на землю и, воображая, что плывём на рыбную ловлю, изо всех сил начали грести, Володя сидел, сложив руки и в позе, не имеющей ничего схожего с позой рыболова. (16)Я заметил ему это, но он отвечал, что оттого, что мы будем больше или меньше махать руками, мы ничего не выиграем и не проиграем и всё же далеко не уедем. (17)Я невольно согласился с ним. (18)Когда, воображая, что я иду на охоту, с палкой на плече, я отправился в лес, Володя лёг на спину, закинул руки под голову и сказал мне, что будто бы и он ходил. (19)Такие поступки и слова, охлаждая нас к игре, были крайне неприятны, тем более что нельзя было в душе не согласиться, что Володя поступает благоразумно.

(20)Я сам знаю, что из палки не только что убить птицу, да и выстрелить нельзя. (21)Это игра. (22)Коли так рассуждать, то и на стульях ездить нельзя, а Володя, я думаю, сам помнит, как в долгие зимние вечера мы накрывали кресло платками, делали из него коляску, один садился кучером, другой – лакеем, девочки – в середину, три стула были тройка лошадей, – и мы отправлялись в дорогу. (23)И какие разные приключения случались в этой дороге! (24)И как весело и скоро проходили зимние вечера!.. (25)Ежели судить по-настоящему, то игры никакой не будет.

(26)А если игры не будет, что же тогда остаётся?

(1)В этом доме постоянно останавливаются и дают свои представления все приезжающие в наш город фокусники и другие заезжие артисты. (2)Сегодня около подъезда висят плакаты: «Чудо-художник рисует ногами». (3)Конечно, я жалобно прошу:

– Ма-а-ма... (4)Ма-а-ма…

(5)И конечно, мы поднимаемся по лестнице. (6)В большой комнате – это зал представлений – перед маленькими подмостками стоят в три ряда стулья. (7)Народу немного. (8)Раздаётся звонок. (9)Кто-то играет на пианино. (10)Публика рассаживается на стульях. (11)На подмостки, где стоит большой мольберт и стул, выходит человек с измятой физиономией, он громко прокашливается и начинает говорить:

– Почтеннейшая публика, сейчас вы, без сомнения, увидите величайшее чудо, необъяснимую загадку природы, художника, лишившегося обеих рук. (12)Художник этот научился рисовать ногами. (13)И вы сейчас убедитесь в этом сами.

(14)На подмостки выходит высокий, стройный человек с симпатичным лицом. (15)Оба рукава его пиджака совершенно пусты сверху донизу, и концы рукавов заложены в оба кармана. (16)Это и есть безрукий художник. (17)Он кланяется зрителям без улыбки, с достоинством. (18)Художник садится на стул перед мольбертом. (19)Человек с мятым лицом вставляет кусок угля в пальцы ноги художника. (20)И художник начинает рисовать ногой. (21)Сперва на мольберте появляется что-то вроде извилистой речки. (22)По обе стороны её возникают деревья. (23)Нет, это не речка, а дорожка в лесу. (24)Потом из-за деревьев появляется солнце. (25)Всё.

– (26)«Дорога уходит вдаль...», – объясняет художник, – это пейзаж.

(27)Потом он рисует ещё несколько карикатур. (28)Зрители смеются от всей души, хлопают. (29)Художник встаёт, нашаривает ногами туфли. (30)Помощник, показывая на рисунки, сделанные только что художником, предлагает желающим приобрести их. (31)Желающих не оказывается.

– (32)Недорого... (33)Купите! – предлагает помощник художника.

(34)Художник стоит неподвижно. (35)Глаза его опущены. (36)Губы крепко сжаты.

– (37)А сколько? – вдруг взволнованно спрашиваю я.

(38)Мама очень решительно берёт меня за руку. (39)Помощник бросается к нам.

– (40)Дёшево...

(41)Я смотрю на маму умоляющими глазами.

– (42)Мамочка!..

(43)Мама платит тридцать копеек. (44)Художник подходит к краю подмостков. (45)Он говорит очень сердечно и просто:

– Пусть маленькая барышня возьмёт рисунок «Дорога уходит вдаль...». (46)Когда я ещё был художником (а я был настоящим художником, прошу мне поверить!), это была моя любимая тема: «Все – вперёд, все – вдаль! (47)Идёшь – не падай, упал – встань, расшибся – не хнычь. (48)Все – вперёд! (49)Все – вдаль!..»

(50)Рисунок художника углём на бумаге «Дорога уходит вдаль...», заделав в стеклянную рамку, повесили в моей комнате. (51)В течение ряда лет, когда я открывала глаза, я видела дорогу среди деревьев, из-за которых вставало солнце, и вспоминала слова художника: «Упал – встань. (52)Расшибся – не хнычь. (53)Дорога уходит вдаль, дорога идёт вперёд!» (54)Это были мужественные слова мужественного человека. (55)Увечье не победило его – он победил своё увечье. (56)Он не растерялся, не пал духом, он не просил милостыню, как просят калеки, он работал как мог. (57)Художник сказал мне свои замечательные слова как напутствие, а я запомнила их на всю жизнь как завет воли к сопротивлению. (58)Ох, как пригодились мне в жизни эти слова!

(1)Я что-то не слышал ни об одном мальчишке, который мог бы пробраться на дровяной склад и подойти к Урсу. (2)Но я знаю девчонку Кэт – она может.

(3)Урс огромный. (4)У него шерсть свалялась сосульками. (5)Со лба сосульки спадают на глаза. (6)Урс пострашнее любого волка. (7)У него холодные глаза и влажные клыки величиной с палец. (8)Он с одного жулика сорвал штаны и покусал его будь здоров. (9)Страшно злобный пёс. (10)Но Кэт говорит, что он добряк.

(11)У Кэт не было своей собаки и не было надежды на собаку – она стала присматриваться к Урсу. (12)Расхаживала у дровяного склада и всё посматривала на Урса. (13)А он не обращал на неё внимания. (14)Тогда Кэт подошла к рыжей проволоке и дёрнула так, что раздался звон. (15)В два прыжка Урс очутился рядом. (16)Глаза блестели из-за шерстяных сосулек, и желтоватые клыки грозно обнажились. (17)Он хрипло зарычал, но Кэт стояла на месте. (18)Урс отрывисто залаял и бросился на проволоку, которая прогнулась и зазвенела. (19)В своей злобе он не почувствовал шипов. (20)Кэт приблизила к нему посиневшее лицо и заговорила.

(21)Оказывается, собаку мало кормить. (22)Необходимо, чтобы с ней разговаривали. (23)С Урсом никто не разговаривал. (24)Представьте себе, что мимо вас идёт множество людей и никто вас не замечает, никто с вами не разговаривает. (25)Это потяжелее голода. (26)Честное слово.

(27)Кэт заговорила с Урсом. (28)Он рычал, рвал проволоку, а она уговаривала его, называла ласковыми именами, словно перед ней был беспомощный щенок, большелапый, с шелковистой шерстью, ещё не научившийся лаять.

(29)Урс, конечно, не понимал, о чём говорит Кэт: собака, с которой никто никогда не разговаривал, не понимает слов. (30)Но он чувствовал в голосе длинноногой девчонки то, чего ему недоставало. (31)Он понимал не слова, а голос. (32)Её голос понравился Урсу, пришёлся ему по душе. (33)Он даже наклонил голову набок – это первый признак, что собака слушает, участвует в разговоре.

(34)Злобный пёс стал поджидать Кэт у колючей проволоки. (35)Когда она приходила, Урс неловко махал хвостом, ему это было непривычно.

(36)Она, конечно, приносила ему кое-что, но для такого здорового пса кусок колбасы с хлебом – ровным счётом ничего. (37)Он ждал её не из-за колбасы.

(38)Кэт подолгу стояла на морозе перед дровяным складом, а Урс сидел на снегу и смотрел на неё сквозь шерстяные сосульки. (39)И вместо клыков выпускал кончик языка.

(40)Потом Кэт протянула ему руку. (41)Он зарычал по привычке и тут же поджал хвост – от стыда. (42)Кэт не отдёрнула руку. (43)Она была или очень смелой, или очень доверяла Урсу. (44)Она запустила руку в его грязную нечёсаную шерсть. (45)И он зажмурил глаза от счастья.

(46)В один из воскресных дней, когда склад был закрыт, Кэт подлезла под колючую проволоку и двинулась навстречу Урсу. (47)И люди, идущие мимо, заволновались, закричали от страха за глупую тонконогую девчонку, которая оказалась лицом к лицу со страшным Урсом.

(48)Но она-то знала, что Урс добряк. (49)И он не разорвал её на части, а тёрся кудлатой мордой о её ногу. (50)Кэт усадила огромного пса и стала расчёсывать его гребнем. (51)Она рвала гребень изо всех сил – попробуй расчеши такого! – но Урс не рычал, не огрызался. (52)Терпел. (53)Ему даже было приятно, и он с благодарностью поглядывал на девочку. (54)Она дала Урсу какие-то витамины для глаз. (55)И он лизнул их языком. (56)Потом они пошли между штабелей дров, рядом, Урс и Кэт.